С характерами и обстоятельствами в "Факторе вознесения" работал Фрэнк, а все остальное досталось мне. Однако последние главы по воле Судьбы довелось писать мне в одиночку. Но сколько бы лет с тех пор ни прошло, я всегда, просматривая корректуру, чувствовал его взгляд через мое плечо и слышал одобрительный шепот: "Годится". И больше всего на свете я боялся одного - что когда книга будет завершена, это присутствие исчезнет. А мог бы догадаться - если дело касается Фрэнка, он никуда не денется.

Билл Рэнсом, порт Таунсэнд, 1987

Не действует по принужденью милость;

Как теплый дождь, она спадает с неба

На землю и вдвойне благословенна:

Тем, кто дает и кто берет ее.

И власть ее всегда сильней у тех,

Кто властью облечен...*

______________

* пер. Т.Щепкиной-Куперник

Шекспир, "Венецианский купец",

из Вашонского хранилища литературы

Джефза Твэйн мужественно боролся с болью на протяжении трех суток и вот наконец достиг наивысшей точки своих мучений. Дознаватели из Воинского союза были профессионалами, а это означало, что если он во время допроса откинет копыта, то они, следовательно, лишь напрасно потратили на него силы и время. Так что за все эти трое суток непрестанной профессиональной обработки он даже ни разу не потерял сознания. Его палачи сразу поняли, что он будет твердым орешком, и в наказание за то, что его пришлось так долго "колоть", решили напоследок дать ему помучиться всласть: вздернули на обсидиановом крюке на большой высоте. Саботажников всегда подвешивали где-нибудь в людном месте за ребро в качестве "урока остальным" (вот только какой именно урок извлекут из этого остальные - это еще надо подумать...)

Но чтобы подвесить его, понадобились как-никак трое. Подлые трусы: кто ж еще будет делать подобные вещи под покровом ночи?